Россия оказалась на развилке – между отставанием и новым подъемом

Дата публикации: 30.07.2020

Российские чиновники из правительства и ЦБ мечтают вернуться к докризисной стабильности за счет нового затягивания поясов и сокращения госрасходов ради возврата к бездефицитному бюджету. Но это будет возврат к стагнации и отставанию, предупреждают экономисты и предприниматели. Они предлагают радикально увеличить госрасходы и вытащить страну из многолетней стагнации. Рецепт для начала нового подъема изложил экономист, академик Абел Аганбегян. Критика действий правительства и ЦБ, а также аргументы в пользу новой социально-экономической политики опубликованы в «Среднерусском вестнике общественных наук».

У РФ возник уникальный шанс перейти из глубокого кризиса 2020 года сразу к росту экономики и социальной сферы вместо возврата к стагнации, считает академик Аганбегян. После глубокого провала в стране возникает естественный восстановительный рост. И при разумном использовании этого эффекта отскока у страны появляются возможности для перехода к развитию народного хозяйства. В условиях многолетней самоподдерживающейся стагнации последнего десятилетия подобных возможностей роста не было.

Все зависит от того, сколько средств мы изыщем для подъема нашей экономики и социальной сферы и насколько эффективно и правильно их используем, говорит экономист. В расчете на душу населения расходы на антикризисные программы других стран в 5–10 раз превышают антикризисную программу РФ.

Россия, по оценке МВФ, относится к числу аутсайдеров среди стран G20 по удельным объемам финансовой антикризисной поддержки, отмечается в новом бюллетене Высшей школы экономики об экономических последствиях коронавируса в России и мире. Если эта антикризисная программа не будет серьезно скорректирована в ходе ее выполнения, то Россия после кризиса опять окажется в стагнации, а негативные тренды, тянущие экономику вниз, только усилятся, предупреждает академик.

«Поэтому предлагаю провести всеобщую мобилизацию необходимых огромных финансовых ресурсов на преодоление кризиса, с тем чтобы «перепрыгнуть» стагнацию и добиться ускоряющегося социально-экономического роста: 3% в год в 2022–2023 годы, 5% – в 2026–2028 годы и 6% – после 2029 года. Для этого необходимы весьма значительные средства: 8 трлн на кризисные месяцы 2020 года, 12 трлн на 2021 год, который может быть назван переломным, 14 трлн на 2022 год, 16 трлн дополнительных средств на 2024 год», – предлагает экономист.

Однако этот рецепт нового подъема противоречит линии нынешних властей на секвестр бюджета и откачивание доходов из экономики в рамках так называемого бюджетного правила. «Важно и в дальнейшем сохранить ответственную бюджетную политику, включая и бюджетное правило, и инфляционное таргетирование, чтобы четко балансировать и наращивать устойчивость всей системы государственных финансов», – объявил президент Владимир Путин на совещании по бюджетным проектировкам на 2021–2023 годы.


4-5.jpg
Объемы финансовой поддержки национальных экономик и масштабы распространения COVID-19 в странах G20. Источник: ВШЭ

«Главная наша задача экономической политики – восстановить уровень занятости… Задача полного восстановления рынка труда в 2021 году должна быть выполнена», – сообщил президент. По его словам, «важно и в дальнейшем сохранить ответственную бюджетную политику, включая и бюджетное правило, и инфляционное таргетирование, чтобы четко балансировать и наращивать устойчивость всей системы государственных финансов». Не случайно в правительстве Михаила Мишустина обсуждается секвестр на 10% по всем незащищенным статьям бюджета.

Однако академик Аганбегян уверен, что сама идея сбалансированного бездефицитного бюджета – ошибочная политика, которая тормозит экономический рост. Бездефицитный бюджет – это все равно что развивать предприятия без кредита или запрещать населению покупать в кредит, объясняет экономист. «Посмотрите на успешно развивающиеся страны – они почти все имеют дефицитные бюджеты. В Евросоюзе считается нормальным в некризисные годы иметь дефицитный бюджет не выше 3% ВВП. Мы тоже можем взять за основу эту норму», – рассуждает Аганбегян.

Консолидированный бюджет, по мнению экономиста, может иметь дефицит в размере 5–6 трлн руб. в 2020-м, 4–5 трлн руб. в 2021-м, 3–4 трлн руб. в 2022-м и на последующие годы, до возобновления ускоренного социально-экономического ежегодного роста в 5–6%.

Примерно две трети финансовых ресурсов могли бы быть возвратными ресурсами, предоставляемыми в виде беспроцентных или низкопроцентных инвестиционных кредитов. Но пока Центробанк не стал банком социально-экономического развития, какими являются центробанки других крупных стран, в том числе Китая, считает академик. Продолжается ростовщическое кредитование населения, которое нужно называть не кредитованием, а ограблением, считает экономист. ЦБ, по его словам, ничего не сделал для резкого увеличения инвестиционного кредита в основной капитал, а также для кредитования профобразования. Также ничего ЦБ не делает для увеличения доли длинных денег в народном хозяйстве за счет внебанковских фондов, переданных ему в управление.

Из 96 трлн руб. банковских активов инвестиционные кредиты в основной капитал составляют менее 2 трлн руб., а ведь это главный драйвер нашей экономики, сокрушается экономист. Небанковские фонды длинных денег (пенсионные, страховые, паевые фонды) в РФ самые низкие среди стран мира не только развитых, но и развивающихся. Они составляют в России около 10% ВВП, тогда как в развитых странах иногда в разы превышают ВВП. 

В случае применения своих рецептов академик обещает рост доходов населения и увеличение объемов потребления. В 2022-м реальные доходы населения и платежеспособный спрос могли бы превзойти уровень 2012–2013 годов, который был самым высоким для новой России. Инвестиции и вложения в человеческий капитал должны на 5–10% превзойти их максимальный уровень 2012–2013 годов. В этом случае со второй половины 2022-го можно ожидать переход к социально-экономическому росту, который закрепится в размере примерно 3% в 2023-м.

Промпроизводство и объемы строительства могут вернуться на докризисный уровень уже в следующем году. «Самое трудное дело – восстановить и развить малый и средний бизнес, который особенно сильно пострадает в этот кризис. Занятость в этом секторе снизится с 19 млн человек до примерно 12 млн, считает Аганбегян. 

Примечательно, что с критикой антикризисных мер ЦБ и правительства выступают не только академики, но и предприниматели. Руководство Госдумы может собрать членов Национального финансового совета и принять решение, которое будет обязательным к исполнению ЦБ. Можно законодательно изменить мандат ЦБ так, чтобы обеспечение экономического роста стало его основной задачей, считают предприниматели, в частности Олег Дерипаска. 


Источник публикации: Независимая газета

ПОДЕЛИТЬСЯ: