3-4 апреля 2018
Российская Академия Наук. Тема: «Россия и мир: образ будущего»
Якунин Владимир
Тренды в экономике
Тренды в экономике
Уважаемые участники конференции, с учетом первого заявления, которое было сделано Евгением Максимовичем, могу только подтвердить, что по нашим данным выводы о трендах геоэкономического развития подтверждаются теми исследованиями, которые проводятся на кафедре и в центре проблемного анализа и проектирования. Хочу напомнить, что, несмотря на то, что теория волновых кризисов – известная теория и не сегодня рождена, начиная от известных работ Кондратьева и до сегодняшнего дня, тем не менее все это воспринималось как нечто отвлеченное до 2007 года. Мне кажется, что то, что мы наблюдаем сегодня, принципиально отличается от всей практики и теоретических описаний, которые были сделаны до этого.

Если я не ошибаюсь, в 2005 году Мировой общественный форум «Диалог цивилизаций» в своей первой резолюции заявил о неизбежности серьезного кризиса и этот кризис произошел в 2007-2008 годах. При этом многим казалось, что это явление, укладывающееся в теоретические модели предыдущих теорий, до того момента, пока не встал вопрос о том, как будет развиваться кризис. Вы помните, была большая дискуссия – V-образный, L-образный кризис. Как его не назови, но то, что мы сегодня констатируем, это можно назвать второй волной кризиса. Почему? Потому что источники кризиса были выявлены неправильно, по крайне мере они были неправильно приняты к выработке управленческих решений. Тогда МОФ «Диалог цивилизаций» говорил о том, что если не будут приняты системные меры, направленные на развитие международного сотрудничества в области финансов, в области экономического развития, то вторая волна кризиса окажется неизбежной.

Я очень хорошо помню Санкт-Петербургский экономический форум, на котором выступал тогдашний министр торговли Соединенных Штатов Америки, который говорил о необходимости создания международных институтов, которые поставили бы препоны жадности и безответственности частного капитала. Это говорил американец, министра торговли Соединенных Штатов Америки. Вслед за этим благополучно все было забыто и то, что произошло в дальнейшем как раз и соответствовало предположениям, что если не будут выработаны такие инструменты, такие институты, то развитие кризиса неизбежно. Тем не менее то, что мы анализируем сегодня, показывает существенное изменение в структуре экономики. И вот на этом слайде – не знаю, насколько это хорошо видно, и этот, и последующий слайд сделаны на основе статистики ООН – показан рост производственного сектора в объеме мировой экономики.

Эта кривая четко показывает значительный рост производственного сектора. Он вырос с момента статистического начала до сегодняшнего дня в три с половиной раза в сопоставимых ценах 2005 года. Второй слайд в подтверждение этого показывает соотношение темпов роста мировой экономики с темпами роста производственного сектора. И это точно подтверждает тот тренд, о котором я только что сейчас сказал.

При этом следует отметить – вот на этом слайде это четко видно – что было несколько этапов, связанных с падением производственной части в расчете ВВП и на сегодняшний день мы констатируем тренд серьезного роста. По всей видимости, можно говорить о том, что где-то на этапе 1900 года, когда в полный рост праздновала победу теория постиндустриального общества, когда говорилось о том, что страны, достигшие такого уровня развития, сегодня могут производить и продавать интеллектуальный продукт, а все, что касается предметов реального потребления, реальной экономики, должно быть вынесено из этих стран в защиту экологии и так далее. Мы естественно, подхватили эту теорию. Я сейчас хочу вспомнить, буквально несколько дней тому назад на съезде РСПП выступал министр промышленного развития господин Мантуров, который информировал нас о том, что в его Министерстве готовится концепция промышленной политики Российской Федерации.

Еще четырнадцать лет тому назад, а это не такой большой период времени, произнесение сочетания «промышленная политика» применительно к нашему государству многими воспринималось на уровне бранных слов. Не принято было говорить о промышленной политике. Один из моих друзей, занимавший тогда достаточно высокий пост, мне, снисходя к моему убожеству, на вопрос: а где же в программе социально-экономического развития промышленная политика, заявил буквально следующее: «Слушайте, какая может быть промышленная политика в эпоху постиндустриализма». Сегодня мы все-таки к этому приходим и, Слава Богу, потому что это как раз соответствует тем мировым трендам, которые есть.

Можете обратить внимание, каков вклад нашей страны в этот круг и точно так же можете легко заметить, что по этому параметру, говоря о производственном секторе, Китай уже практически приблизился к Соединенным Штатам Америки. Россия находится на том месте, которое заставляет сегодня и государственные органы, и наших экономических проектировщиков говорить не просто о необходимости ухода от той модели экономики, которая сегодня существует, но и вырабатывать практические меры. В этом смысле можно отметить, что решение Правительства, естественно под влиянием Президента, о необходимости модернизации БАМа и Транссиба и выделение средств из Фонда национального благосостояния двухсот шестидесяти миллиардов рублей на эти цели, является позитивным фактором с точки зрения фиксации некоторого изменения экономического курса. Другое дело много это или мало? Это другой вопрос.

Я полностью поддерживаю идею Евгения Максимовича о том, что необходимы мегапроекты для того, чтобы концентрировать ресурсы нашего общества на переход от сырьевой модели экономики к модели производственной. Поскольку Руслан Семенович совершенно справедливо мне показывает: «Не забывайся, со временем у нас тяжело», – я, пожалуй, на этом бы и остановился. Единственное, что я могу сказать, возвращаясь к его представлению, что Мировой общественный форум «Диалог цивилизаций» как первоначально некая платформа интеллектуального обмена идеями без всякого менеджирования, впервые доказав свою состоятельность именно в предсказании неизбежности кризиса, и сегодня занимается разработками своей теории. Очередной Форум будет проходить на Родосе с 26 по 29 сентября.

Многие из сидящих в зале, а также на подиуме являются участниками этого Форума. Мне представляется, что огромное значение в понимании сегодняшних процессов заключается и в том, что на протяжении очень продолжительного периода времени из всех экономических теорий человеческая воля была, по сути, исключена. Сведя потребности человека только к витуальным потребностям, и отказывая ему в свободе выбора, на самом деле проектировщики современной архитектуры экономики забыли о том, что все равно человеческое в человек рано или поздно возьмет верх. В английском варианте документов МОФа это звучит так: «Humanity должно восстановиться. Human being отличается от живой природы именно этим». Поэтому думаю, что в дальнейших проектировках и расчетах этот элемент не должен ускользнуть от экономистов, которые занимаются теорией глобального развития. Спасибо.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ: