3-4 апреля 2018
Российская Академия Наук
Колодко Гжегож
Прагматичная геометрия
Прагматичная геометрия

Вы знаете, что было 25 лет тому назад, но пока не знаем, куда мы идем. И вот самая большая разница между Россией и Польшей – что мы знали вначале с 1989 года, что мы идем к рыночной экономике в смысле институциональных рамок, какие они есть в Европейском союзе. А так, были ошибки и был успех. И раньше, во время шоковой терапии в начале 1990-х годов, была рецессия, потом в конце 1990-х годов тоже была стагнация.

В Польше тоже было какое-то колебание, что касается мнений. Но эти мнения продолжались в рамках специального треугольника. Один угол – это ценности, и в Польше продолжается борьба между либеральными и общественными или социальными ценностями. Польская трансформация 27 лет продолжается. 27 лет назад я сидел тоже в так называемом круглом столе. Она продолжается, и в какой-то не слишком либерализованной, не слишком социально-рыночной экономике, но сейчас у нас есть какой-то правый популизм.

Вторая точка треугольника – это институты. Институты – это самое важное, но это не все. Подумайте, если бы мы перенесли институты из одного из самых лучших рыночных государств в плане рыночной экономики – из Швейцарии - в Россию, это бы работало? Нет, это бы не работало, потому что нет таких ценностей, какие нужны, и нет такой политики, какая нужна. Если бы политика из России пошла в Швейцарию, то их институт, который там до этого работал, тоже бы перестал работать. Надо, чтобы были ценности, институты и политика. Очень много зависит от политики, и рыночная экономика – это, прежде всего, рыночные институты, но тоже политика. Думаю, что через 100-200 лет, но не только после 25 лет.

Как это случилось? 25 лет тому назад, как вы разрушили Советский Союз, ВНП России был в три раза выше, чем в Китае. Прошло 25 лет, одна генерация, одно поколение президента Ельцина и президента Путина, и сейчас в Китае ВНП в шесть раз больше, чем в России. Что это, только дело в институтах? Это дело тоже в том, что китайцы знали с начала, куда они идут. Они пошли в страну рыночной экономики, какой она есть сейчас в Китае, потому что, конечно, они не идут в Европейский союз или другие региональные группы, потому что это очень большая страна.

Посмотрим на Польшу и Украину. 25 лет тому назад, как Украина была второй большой экономикой в бывшем Советском Союзе, ВНП на человека в Украине был намного больше, чем в Польше. Сейчас он в Польше в 3-4 раза больше, чем в Украине. Нельзя сказать, что помешали ценности, институты не работают, политика не работает. Не хватает долгосрочного плана. Руслан Гринберг только что мне сказал, что в последнем опросе люди ответили, что в 52% они поддерживают плановую экономику. Нам не нужна плановая экономика, но нам нужна стратегическая мысль. Моя программа для Польши, когда я был заместителем премьера, министра финансов, она называется «Стратегия для Польши». Там была стратегия, комплексная программа на основе теории в известном Ломоносовском университете. Но надо сказать, что политика и стратегия экономического развития была разработана на основах хорошей экономической теории. Это моя теория, которую я реализовал в Польше, и развивал в Китае, в других странах, я называю это «Новый прагматизм». Я очень рад, что здесь на этой неделе издательство «Магистр» опубликовало мою книгу - 25 лет трансформации от неолиберального провала к прагматическому росту.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ: