30-31 марта 2017
«Шуваловский корпус» МГУ. Тема: «Поворот мировой истории. Новая стратегия России»
Аузан Александр Александрович
От величия к современности
От величия к современности

Вопрос оценки результатов зависит от того, как мы понимаем, откуда и куда мы шли. Давайте представим себе СССР в момент высшего успеха. На мой взгляд, это начало 1960-х годов, когда мы лидеры в космосе, создали атомную промышленность. Кстати говоря, изобретены сланцевые технологии в СССР тогда в 1950-е годы, мы лидер технологического развития, социально привлекательная держава. «Летят журавли», Стругацкие. И одновременно это страна, пораженная экономикой дефицита. Я думаю, что именно это противоречие вело к появлению транзитного тренда, поэтому осмелюсь предложить гипотезу, что переход реально был не к рыночным демократическим системам, а от экономики дефицита к противоположности экономики дефицита – к обществу потребления. Вот этот переход, я бы сказал, невиданный в истории переход от такой глубины экономики дефицита к лопающемуся от бессмысленного потребления обществу, он произошел успешно. Этот транзит вполне успешный, и, на мой взгляд, он завершился примерно к 2007-2008 году, к началу мирового кризиса, и имел свои фазы формирования.

Сначала действительно был расчет на то, что рынок все расставит по местам, будут эффективные собственники. На мой взгляд, расчет не был оправдан теоретически даже тогда, потому что не учли такую вещь, как транзакционные издержки. При наличии тех или иных сил сопротивления, неравномерного распределения богатства не бывает автоматического равновесия, не бывает автоматической победы эффективности. Поэтому при отсутствии институтов, которые снижают транзакционные издержки, получили то, что получили. Тогда стали искать институты, но институты, ввозимые в Россию, оказались не очень приживаемые на российской почве, либо меняли свою природу. Долго боролись за Закон «О банкротстве», а потом стали бороться против Закона «О банкротстве», потому что он оказался замечательным инструментом рейдерских захватов. Отсюда вторая гипотеза, которую я бы хотел предложить.

Мы имеем институты вполне совершенные, но определенного вида. Это то, что называется экстрактивными институтами, институтами извлечения ренты. Поэтому когда говорят «Давайте совершенствовать институты», я пугаюсь. Если мы будем совершенствовать эти институты, мы получим еще большее извлечение монопольной, административной и иных видов рент.

Третий и последний тезис, который я бы хотел предложить. Сформировавшееся общество потребления, основанное на экстрактивных институтах, не способствующих развитию – это определенный тупик, из которого надо выходить.

На оппозиционных площадях 2011-2012 года и во властных поворотах года 2014 возникал один и тот же поиск – поиск того, куда далее идти, потому что нельзя ли вернуться к вопросу, что страна была великой и имела большие цели, лидировала в научно-техническом прогрессе, давала свои социальные образцы. Вот нельзя ли, решая задачу сытости, одновременно вернуться к вопросу о долгосрочных целях развития? На мой взгляд, это и есть главной развилкой сегодняшнего дня, и поэтому тот поиск, который сейчас начался в области долгосрочного развития на 15-20 лет, попытки сменить траекторию, выйти из ловушки экстрактивных институтов, выйти из колеи, где Россия маргинализируется в мире – это попытка, завершив вопрос о транзите в общество потребления, открыть новые задачи для развития следующего этапа.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ: