3-4 апреля 2018
Российская Академия Наук
Ушачёв Иван
Несовершенства аграрной политики
Несовершенства аграрной политики

Современный агропродовольственный комплекс России функционирует, как и экономика нашей страны, в целом в весьма сложных и далеко не однозначных социально-экономических условиях. На проблемы внутреннего происхождения (а их большинство) наложились внешние факторы, санкции и антисанкции, которые формируют целый ряд рисков и угроз, которые мы должны учитывать при решении задач, поставленных перед АПК, и прежде всего по импортозамещению.

Как себя чувствует в этих условиях сельское хозяйство? На первый взгляд, предварительные результаты 2014 года в целом можно назвать способствующими процессу импортозамещения, ибо выполнено более половины показателей государственной программы развития сельского хозяйства. Так, в 2014 году продукция сельского хозяйства возросла на 3,7 %, а за январь-февраль текущего года к соответствующему периоду прошлого года на 3 %.

В этих условиях пороговое значение продовольственной независимости по основным продуктам растениеводства уже достигнуто, и это отрадно. Но удельный вес отечественной животноводческой продукции пока остается ниже значений, определенных доктриной продовольственной безопасности.

Таким образом, не смотря на в целом положительные итоги функционирования АПК в 2014 году, ситуация в аграрной сфере остается неоднозначной и даже приобретает тенденцию к ухудшению. Сложившаяся ситуация в значительной мере связана с макроэкономическими условиями, среди которых наиболее существенным является падение курса рубля. Хотя есть эксперты, которые считают, что это благо для экономики нашей страны.

Два других фактора, санкции и антисанкции, действуют разнонаправлено. Санкции в отношении к России влияют на экономику сельского хозяйства главным образом через произошедшее удорожание кредитов, а следовательно, текущей и инвестиционной деятельности. Наши санкции призваны расширить нишу для отечественных и сельскохозяйственных товаропроизводителей, что уже находит выражение в росте объемов выпуска продовольственных товаров пищевой промышленности, что можно увидеть на слайде.

Другой вопрос, привело ли это к улучшению ценовой ситуации на рынке? Пока можно отметить лишь удорожание товаров продовольственной группы. Так, за первый месяц 2015 года потребительские цены на продовольственные товары выросли почти на 6 %, в то время как цены производителей сельхозпродукции всего на 2,5 %.

Падение курса рубля крайне негативно отражается на экономике нашей отрасли. Резкое удорожание ресурсов, приобретаемых для производства сельхозпродукции. Вот несколько примеров. В растениеводстве по таким культурам, как кукуруза, сахарная свекла, овощи, семена являются импортными от 50 % до 90 %. В животноводстве та же ситуация с кормовыми добавками, ветеринарными препаратами, племенными животными. Еще больше она проявляется в части оборудования для животноводческих ферм и птицефабрик. В машинотракторном парке уже почти 60 % импортных тракторов, около половины зерноуборочных и кормоуборочных комбайнов. До 40 % повысились цены на отдельные виды минеральных удобрений. Дизельное топливо на 4 %. Автобензин на 2 %.

Совершенно очевидно, что не решив проблему импортозамещения в части ресурсов, не может быть гарантированной продовольственной безопасности страны. При этом надо иметь в виду, что эта проблема не столько отраслевая и аграрная, а прежде всего системная межотраслевая и макроэкономическая. Она связана с необходимостью восстановления и развития целых подотраслей промышленности тракторного и сельскохозяйственного машиностроения, биологической и других видов промышленности.

Кстати, нужно отдать должное и поблагодарить человека, который сидит рядом со мной, сопредседатель этого замечательного форума Бабкин Константин Анатольевич, который много усилий прилагает для того, чтобы развивалось наше отечественное сельскохозяйственное машиностроение. Однако, к сожалению, такого понимания у исполнительной и законодательной власти мы не находим.

Теперь несколько слов о внутренних факторах, сдерживающих развитие ПК. Они складываются неблагоприятными практически по всем направлениям экономического механизма. Несовершенство кредитно-финансовых отношений приводит к тому, что суммарная задолженность сельхозорганизаций на сегодня уже превысила 2 трлн рублей, что в 1,3 раза больше стоимости всей реализованной сельхозпродукции и в 20 раз больше полученной прибыли.

Поэтому мы считаем, что возникла ситуация, когда реструктуризация их долговых обязательств становится неизбежной.

Но это одна сторона вопроса. А другая – почти половина хозяйств вообще не имеет доступа к кредитованию, а крестьянских фермерских хозяйств – почти две трети. Если ставка рефинансирования будет на уровне 13-14 %, то реально для сельхозтоваропроизводителей она составит не менее 22 %, а по инвестиционным кредитам 23-26 %, что превышает на 10 % процентную ставку 2014 года.

Даже при условии субсидирования части процентной ставки, цена кредита непомерно высока для сельского хозяйства, рентабельность которого составляет в среднем 7 %. Это с субсидиями. А без субсидий –5,2 %. 25-30 % сельхозтоваропроизводителей работают в убыток. О какой инвестиционной привлекательности и расширенном производстве можно вести речь в таких условиях?

Таким образом аграрный сектор попадает в ловушку, когда издержки будут расти, опережая возможности роста цен реализации сельхозпродукции, то есть отрасль лишается возможности развития.

В этих условиях можно было бы провести целевую эмиссию под наиболее приоритетные крупные инвестиционные проекты, реализация которых была отложена из-за недостатка средств.

Налогообложение. Несмотря на сложившееся представление о больших льготах по налогообложению в сельском хозяйстве, общая сумма уплачиваемых налогов с учетом отчислений во внебюджетные фонды примерно равна сумме представляемых субсидий. Это около 200 млрд рублей.

Что касается совершенствования налогообложения, то дискуссируется вопрос об отмене единого сельхозналога, на котором находятся две трети сельхозтоваропроизводителей и переходе на единую схему уплаты НДС. Однако этот вопрос требует более серьезной проработки и более активной позиции Минсельхоза.

Страхование. В 2014 году покрывались убытки только при условии гибели не менее 30 % урожая сельхозкультур. Абсолютно непонятно. В результате страховые выплаты получили в растениеводстве всего 10 % из всех застрахованных хозяйств. 600 хозяйств только получили из 5827. Сумма собранных страховщиками средств была в 8 раз больше страховых выплат. Правда, в 2015 году этот порог опущен до 25 %, однако это кардинально не решает проблем совершенствования страхования отрасли.

Можно было бы продолжить перечень диспропорции, но и приведенные указывают на ограниченные возможности для динамичного развития отрасли, а следовательно, и реального импортозамещения. В целях импортозамещения наряду со стабилизацией макроэкономической ситуации, на наш взгляд, необходимо срочно решать проблему повышения доходности самих товаропроизводителей. Самое больное место.

Представляется, что нужно идти по нескольким направлениям. Первое – ограничение роста цен на материальные ресурсы и тарифы на перевозки хотя бы на тех рынках, где доминирует государственная компания. Они имеют право это сделать.

Второе направление увеличения доходности. Это увеличение доли сельхозпроизводителей в конечной розничной цене продовольствия. И наиболее перспективным, как во многих странах, является использование принципа кооперации сельхозтоваропроизводителей, что позволяет устранять излишних посредников, улучшить доступ к конечному потребителю. Мы больше говорим о кооперации, чем что-то делаем.

До 2020 года будет еще создано где-то 260 потребительских кооперативов. Это мизерная доля.

Третье. Совершенствование системы и механизма закупочных интервенций, расширение перечня закупаемой продукции и введение минимальных гарантированных цен, а не биржевая торговля. Сколько раз мы об этом говорим, все одобряют, и вместе с тем не делается.

Четвертое. Господдержка. Полагаю, если вы хотим интегрироваться в мировое экономическое пространства, то и уровень поддержки сельского хозяйства должен быть сопоставим с развитыми странами мира. При этом крайне важно, чтобы сельхозтоваропроизводитель знал господдержку гарантированную на 3-5 лет, чтобы он мог бы планировать своё производство и свою инвестиционную деятельность.

Социальное развитие села еще одна системная проблема, которая должна стать важнейшим стратегическим направлением аграрной политики. Несмотря на то, что уже в течение 12 лет реализуется программный подход к развитию сельских территорий, ситуация на селе остается сложной. В сельской местности насчитывается 1,5 млн безработных. Это по официальной статотчетности, которая как минимум на четверть занижена.

Последние пять лет заработная плата в сельском хозяйстве балансирует вокруг 50 % отметки по отношению к среднероссийскому уровню, не обеспечивая ни воспроизводство рабочей силы, ни стимулирование.

И что самое страшное, что по данным социологических обследований нашего института, 2/3 молодежи высказывает намерение переехать в город.

Общий выход. Необходимо еще раз пересмотреть и скорректировать нашу аграрную политику в контексте импортозамещения, но сделать это более комплексно и совершенно конкретно, то есть по каждому виду продовольствия, по каждому виду импортируемых материально-технических ресурсов, а также эффективности основных инструментов экономического механизма, призванного обеспечить решение задачи импортозамещения.

Одним словом, надо иметь комплексную программу по решению этой проблемы.

В то же время мы не ведем речь о полном отказе от импорта. Есть вопрос ассортимента, страны происхождения продукции, спроса рынка. Главное – импорт не должен ставить экономику страны в положение его заложника. Спасибо за внимание.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ: