3-4 апреля 2018
Российская Академия Наук. Тема: «Россия и мир: образ будущего»
Кайзер Керстин
Нам нужна новая эпоха просвещения
Нам нужна новая эпоха просвещения

Спасибо большое за приглашение и за ваши слова. Дорогие гости, я боюсь, что вы уже устали. Нормально? Дайте мне объяснить, что я действительно немножко волнуюсь, но я очень рада за ваши слова, потому что я тут, конечно, неофициальный представитель германской политики в эти дни, которые для нас очень трудные. Но с другой стороны, очень рада, что представитель фонда Розы Люксембург, я в связи с этим и приехала сюда, большое спасибо.

Дорогие гости, вы знаете, на форуме мы все единого мнения о том, что нам нужна новая эпоха просвещения. Это мое мнение и заголовок над моими замечаниями. Какую роль образование в жизни человека может играть, вы можете оценивать по тому факту, что я выпускник Ленинградского университета, русского отделения, уже 23 года занимаюсь политикой. К сожалению, на тему новой эпохи просвещения, Европа, ЕС и Германия, пожалуй, России не пример. У нас есть кризис не только экономический, у нас кризис гуманитарный, образования, науки и кризис демократии. Я вовсе не наивна и не считаю, что тот факт, что мы вместе тут отказываемся от идеологии рынка, от неолиберализма как идеологии, что поэтому эта революция в зале уже значит определенные изменения. Мне кажется, надо об этом говорить и потом смотреть, насколько реально можно применять наши мнения, наши масштабы потом на практике. Я пытаюсь это делать. В Германии есть жуткая разница в успехе детей в области образования, и успехе детей в школе прямо зависят от уровня материального снабжения их семей. Мне кажется, это вредно. Мы знаем, что об успехе в школе решают не только биологические факторы родителя, вы об этом говорили, но и социальная сфера, психологические факторы, особенно их взаимодействие. И тут должна играть политика.

О каком образовании мы вообще говорим, если хотим новую эпоху образования? Ребенок же не компьютер, не робот и не горшок, который оптимально можно кормить фактами, информацией, энергией и потом просто его использовать на рынке. Это суть изменения в области образования в Германии и Европе последние 20 лет, что только факты, факты, а потом использовать человека на рынке. Они не играют роль общего образования.

Поскольку это значит прибыль, логику и цель, и что конкуренция начинается уже в школе, мы понимаем, что нужен только человек и его навыки. Не его знания, а его навыки. Не нужны совсем субъекты критически мыслящие. Субъекты-граждане, субъекты демократические, которые потом могут участвовать в политике. Те люди, которых мы сейчас образовываем, они далеко и всё дальше от политики, не вмешиваются уже. Это, мне кажется, настоящий кризис демократии. Поэтому если мы говорим об образовании, нужно говорить о том, как вы сказали, что отчуждается человек, и нужно говорить о демократии. Мне кажется, самый большой вызов – это демократия, человек, который действующий субъект в обществе. Для меня это вызов в политике.

Как мы делаем это, чтобы в Бранденбурге велась такая политика в области образования? Мне нужно немного объяснить историю германской провинции. Бранденбург расположен вокруг Берлина, и я 7 лет вела фракцию левой партии и партию во время выборов, и мы в 2009 году получили 28 % голосов в Бранденбурге и вошли в коалицию с социал-демократами, так что то, что я говорю здесь теоретически, мы практически пытаемся делать шаг за шагом и в реальной сфере политики.

Мы решили провести аффенциву милитарную, что на первом месте в приоритете нашей политики образование, именно имея в виду социальные различия. Мы попробовали не идеологически вести дискурс в обществе о детских садах, о наших школах, которые очень рано селектируют детей и мы этого не хотим. Я считаю, это большая ошибка. Тут, конечно, можно смотреть, на чьей стороне работают, стоят депутаты, на стороне частной экономики или ребенка как субъекта. Мне кажется, что шаг за шагом надо смотреть за такими изменениями не в качестве основного плана, а нужно вырабатывать масштабы, ценности, критерии политики, которую нужно делать. Мне кажется, образованию и образовательной системе нужны надежные рамки. В Бранденбурге это Конституция. Образование – это право человека с самого начала. Нужны законы и бюджеты, и нужны профессиональные качественные масштабы показателей ценности. Мне кажется, нужно ввести в экономику такой показатель, как лучше всего можно гуманный потенциал развивать. Мне кажется, это экономический показатель. Школа для нас – место жизни детей. Там должны работать педагоги, психологи, специалисты, которые сами имеют специальное высокое образование.

В школе сейчас нужно не только научиться фактам и выучить наизусть всё, но и научиться тому, как учиться, как двигаться в цифровом мире информации. И система образования должна быть организована на общественных, не на частных денежных началах. Это государственно-общественные отношения, мне кажется.

Мы в Бранденбурге начали сначала, с детских яслей и садов. Мы сказали, что они должны быть доступны для всех, что это по закону место ухода, место жизни, развития и образования детей. Мы хотим способствовать развитию ребенка с самого начала, потому что мы знаем, что в первые семь лет самое важное время. Поэтому именно там мы повышаем квалификацию персонала и повышали число педагогического персонала.

Также в начальных школах мы повышали количество учителей и сокращали число учеников в одном классе с первого начала, с первого-второго. Мы только начали. Это надо делать шаг за шагом и таким образом улучшить условия, в которых дети учатся и живут. Мне кажется, что нужны качественные параметры, нужно дифференцирование в больших городах и кварталах, в кварталах высокой безработицы и работа с родителями, мигрантами, когда, например, дети не знают немецкого языка. Такие вещи мне кажутся важными. Это не только деньги, а именно качество обращения к человеку.

Поэтому мне кажется, что всё-таки знания и образование – это общественный процесс, который государство, общество должно предоставить всякому человеку как право.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ: