30-31 марта 2017
«Шуваловский корпус» МГУ. Тема: «Поворот мировой истории. Новая стратегия России»
Фадеев Валерий
«Экспертное» мнение
«Экспертное» мнение

Первое, по Украине. Мы чрезвычайно благодарны бизнесу, и немецкому бизнесу, может, в первую очередь за то, что несмотря на санкции, продолжается очень серьезная конструктивная работа. И вообще бизнес здесь имеет чрезвычайно важное значение, мы сегодня об этом говорили. Это важная опорная точка. Повторяю, немецкий бизнес для нас особенно важен сегодня здесь, в России.

Однако есть нюанс. Уважаемый немецкий депутат высказал точку зрения, что необходимо для того, чтобы прекратить конфликт на Украине, заставить сепаратистов прекратить огонь, прекратить сопротивление и сдаться. Боюсь, что это предельно нереалистическая позиция. Предельно. Вернуть положение, существовавшее на Украине до конфликта, до Майдана, то положение, которое существовало в 2013 году или даже раньше, невозможно. Это всё равно, что в разгар гражданской войны в Югославии в начале 90-х годов мечтать и пытаться восстановить Югославию в прежних границах и прежней форме, как было при Тито. И сейчас ситуация такая же. Процесс уже зашел слишком далеко. Украина разваливается. Она разваливается примерно так, как говорили мы здесь в России за годы до того, как началась эта трагедия, эта гражданская война. Убито теперь так много людей, по официальным оценкам ОБСЕ 5000 человек, а неофициальные оценки говорят, что гораздо больше, десятки тысяч раненых, примерно миллион беженцев, из них большая часть в России. Вернуться назад невозможно.

На стороне ополчения воюет примерно 30 тысяч человек. Украинская армия – примерно 50 тысяч человек. Как теперь их остановишь? Потребуются жесточайшие репрессии, если кто-то захочет вернуть ситуацию к той, которая была в 2013 году. Потребуется подвергнуть репрессиям всех этих ополченцев, командиров, их семьи. Придется выселить из Донбасса по крайней мере сотни тысяч людей. Придется провести этническую чистку. Вот куда идет, казалось бы, простая идея: давайте мы заставим сепаратистов прекратить огонь. Это невозможная ситуация, и Россия никогда не согласится жесткими репрессиями по этническому признаку и с этническими чистками, как это было в Югославии совсем недавно. Этот сценарий недопустим. Мне кажется, здесь нужно быть реалистами и вместо того, чтобы продолжать давить на Россию, надо давить на Киев.

Российские предложения очевидны. Они звучали еще когда конфликт не зашел совсем далеко – это федерализация. Посмотрите, что сделала Россия в Крыму. Там есть проблема крымских татар. Первое, что было сделано – было сказано: крымскотатарский язык официальный. Второе, что было сделано – репрессии (а там были очень серьезные политические вибрации по поводу репрессий относительно крымскотатарского народа во время войны). Принят закон о репрессированных народах. Земля, захваченная в 90-е годы и позднее, захваченная крымскими татарами, потому что они считают эту землю своей, включены процедуры легализации этой земли. Она будет передана крымским татарам. Я не хочу сказать, что все проблемы решены, но они решаются. К крымскотатарскому народу относится с уважением российская власть, хотя их абсолютное меньшинство в Крыму. Вот путь, по которому надо идти, если мы хотим хоть как-то стабилизировать ситуацию на Украине.

И то я не уверен, что возможно, даже если всё мировое сообщество навалится на решение этой проблемы, что возможно сохранение Украины в нынешних границах. Без Крыма, конечно. Крым уже обсуждению не подлежит, это уже всё понятно. Я имею в виду Донбасс. И мне кажется, что позиция немецкого бизнеса должна быть предельно реалистичной. Если не бизнес, то кто тогда должен подавать пример трезвого анализа ситуации и трезвого подхода, и, хотя бы мягко подталкивать политиков к таким решениям?

По экономике. Очень важный прозвучал тезис, проведен большой опрос немецких предпринимателей. Оказалось, что санкции – далеко не самый важный фактор, на 3-4 месте факторов, которые вызывают проблемы в российской экономике. Абсолютно с этим согласен. Знаете, некоторые представители российской власти не то чтобы прямо об этом говорят, но делают вид, что санкции, антисанкции, большая политика, а мы не виноваты, это привело к падению курса рубля… Это не то чтобы неправда, но почти неправда. Это не так. Это наши проблемы. Это на 90 % наши проблемы. Торможение экономического роста началось за годы до введения санкций и тем более антисанкций. Финансовые проблемы, мы сколько лет о них говорили? Господин Бабкин опубликовал свой знаменитый график издержек на производство комбайнов в Канаде и на таком же заводе в Ростове-на-Дону. Полтора года назад публиковали этот график – ничего не изменилось.

Одинаковые комбайны невыгодно производить в России, потому что в России налоги выше. Нам говорят, что это не правда. Как не правда? Господин Бабкин вот, вот его заводы. Повестка дня экономических властей, тех кто отвечает за состояние экономики и насущные требования российского хозяйства очень сильно расходятся. Вот в чем настоящая проблема. Поскольку, как известно, нет пророка в своем отечестве… Так бы хотелось, чтобы немецкие предприниматели сказали: "Вот как надо делать". Выставили бы из своей среды больших авторитетов, руководителей компаний, еще бы профессоров привезли и сказали: "Вот как надо делать".

Мы же знаем, что из себя представляет российская промышленность. Мы в разы, по некоторым позициям в десятки раз на душу населения производим меньше продукции по всему спектру. Начиная от мебели и заканчивая высокотехнологичной продукцией. Мы мыло даже не производим, шампунь не производим. А господину Бабкину говорят, что что-то, кажется, вы преувеличиваете… Так ведь? Вас ведь не слушают полтора года с этими налогами, потому что считается, что в России самые низкие налоги. Ну это же полная чужь! Мы же знаем, что это неправда, что в России налоги на труд очень высоки. И в отличие от западных стран, где часть налогов, а иногда и все налоги выплачивают сами граждане, у нас предприниматели платят все эти налоги. И всё это ложится на издержки.

Второй пункт. Финансы. Очень сложная ситуация. Нам говорят про институты. У нас институциональный структурный кризис. "Какие институты?" – спрашиваем мы. "Это несправедливый суд". Еще в монологе Гамлета сказано про несправедливый суд. Суд почти всегда несправедлив и мы это знаем. Несправедливый суд и неправильные выборы – вот что, оказывается, нужно делать.

Возьмем нашу финансовую систему. Она не то, что недоразвита, она детская. Фондовый рынок чахлый. Возьмем облигационный рынок. Облигации – мощнейший инструмент, облигации региональные, целевые, инфраструктурные – их нет. Нам говорят: "Мы будем с помощью сжатия денежной массы бороться с инфляцией". Все знают, что наша денежная масса в два-два с половиной раза меньше, чем должна быть. Это же не означает, что надо вливать деньги на потребительский рынок. Надо создавать те институты, которые будут эти деньги принимать от государственной системы и инвестировать дальше. Вот что такое институты. А не выборы где-то там в регионах. Надо эти институты создавать, надо достраивать финансовую систему. Мы разве это делаем? Нет.

Следующий пункт. Концентрация. Жалко, нет сегодня Евгения Максимовича, недели две назад у него было прекрасно выступление, и он эти аспекты затрагивал. Один из важных аспектов, которые мы игнорируем – это федерация и регионы. Концептуально половина налогов должна идти в федерацию, половина – оставаться в регионах. Либеральная политика бывшего вице-премьера и министра финансов Кудрина, самого либерального либерала в мире, привела к тому, что соотношение теперь кажется 70 на 30. 70 уходит в федерацию, 30 остается в регионах. Конечно, надо решать сложные задачи и в области обороноспособности, образования, медицины и так далее. Но эти задачи решаются не тем, что отнимаются налоги в сторону центра, а тем, что экономическое развитие, экономический рост обеспечивается. У нас теперь, видимо, регионов пять осталось не дотационных, а остальные все на дотациях. Это неправильное соотношение.

Концентрация банковской системы. Принято решение о том, что около триллиона рублей выделяется на банки. Выделено 27 банков. Почему 27 банков? Разве принято политическое решение о том, что в России останется 27 или 30 банков? Разве остальные сотни банков закрываются? Кто принял такое политическое решение? Почему проводится решение, которое фактически не обсуждено никем – ни парламентом, ни деловым сообществом, ни банковской системой – никем не обсуждено. Вот реальная повестка.

Очень хотелось бы от немецких коллег, раз уж они говорят, что являются российскими компаниями, чтобы они приняли более энергичное участие в обсуждении нашей проблемы. Спасибо.

Распечатать статью


ПОДЕЛИТЬСЯ:

Читайте также:

Андрей Колганов
Каждое правительственное решение должно проходить независимую научную экспертизу
26.03.2014

Сюэ Фуци
Новая Норма
23.03.2016

Торстен Шуберт
Тайна немецкого успеха в России
27.03.2014

Павел Плавник
Об истории и перспективах
26.01.2015

Вольфганг Клемент
Ответственность экономики в вопросах формирования германо-российских отношений
26.01.2015

Сергей Бодрунов
Наши шансы!
23.03.2016

Джефри Соммерс
Счет на индустриализацию
26.03.2015

Оксана Дмитриева
Виртуализация экономики
26.03.2015

Руслан Гринберг
"Без мордобоя"
23.03.2016